Хочу сказать:

Всю свою жизнь я искренне верила, что я самый настоящий экстраверт. Вела я себя соответственно. Когда возникали трудности общения, я их преодолевала. И чем ярче были личные победы над собой, тем хуже мне становилось.

 
Alex всегда заставлял меня саму делать важные звонки, чтобы я перестала бояться и испытывать неловкость. Не смотря на сиюминутный микростресс, испытываемый мною при каждом телефонном контакте, я таки научилась вести переговоры.
 
Пару месяцев назад я сделала для себя очень странное открытие – я интроверт. Еще через месяц, прочитав статью Алины Фаркаш, я поняла, что это не так уж и плохо. Этим новым для меня знанием я могу спокойно оправдывать свое поведение. Ну что вы от меня хотите, если мое внутреннее Я важнее окружающего мира?
 
Сегодня я активна, бодра, весела, доброжелательна и внимательна к окружающим. Вхожу в доверие, вызываю симпатию, общаюсь, завожу новые знакомства. Завтра я прихожу на работу, сажусь за свое место и молчу. Это не значит, что я занята или ударилась в работу. Это значит, мой интроверт обиделся и побежал, куда глаза глядят. Если в такие моменты пытаться со мной завести беседу, не получится ничего – я буду груба и резка.
 
Самый простой способ понять тип личности человека – понаблюдать за тем, как он страдает. Интроверт страдает молча. Чем меньше людей находятся рядом с ним в трудный момент, тем лучше. Когда мне плохо, могу сутками находиться в состоянии апатии. Избыток внимания угнетает еще больше и приводит к нервному срыву.
 
Пару лет назад я решила попробовать себя в продажах. Что тут может быть сложного? – думала я. Позвонил, встретился, уговорил. Через месяц я поняла, что переоценила свои возможности. Через три, я думала, что втянулась. Через шесть начала сходить с ума. Любой звонок воспринимался мною, как хождение по горящим углям. Встречи с клиентами происходили на уровне жестокой пытки. Я пыталась бороться со своим отношением к происходящему, но не смогла. Через восемь месяцев я уволилась. Месяц пребывания в стенах родной обители был для меня счастьем. Сейчас у меня другая работа. Прошло десять месяцев. Я хочу уйти.
 
Как настоящий интроверт я обладаю гипертрофированным чувством самоконтроля. Поэтому контроль внешний мною не воспринимается никоим образом. Я сама планирую во времени все свои действия. И если я решила, что в 10:15 буду заниматься отчетом, а начальник 10:14 спрашивает, делаю ли я его, я испытываю стресс. Желание заниматься отчетом опускается на нижний уровень. Работа становится мукой.
 
Любую индивидуальную безкоммуникативную работу я выполняю с радостью. Как только появляется необходимость общения, я мгновенно утомляюсь и угасаю. Если я с кем-то дружу, то искренне и по-настоящему. Если ненавижу кого-то, ненависть моя жестока и безгранична. Я плохо иду на контакт. Переживаю в душе все увиденное и прочитанное, но крайне редко комментирую. У меня даже отсутствует потребность делиться информацией. Мне проще оставаться при своем мнении, чем спорить. Если я решусь отстаивать свою точку зрения, бороться буду до конца.
 
Найти и принять в себе некоторые качества еще важнее, чем признаться в чувствах другому. Но как только это произойдет, жить становиться легче и проще – наконец-то становится понятно, отчего возникают душевные терзания и переживания.
 
А сегодня я хочу побыть одна.